Людмила (garetty) wrote,
Людмила
garetty

Стажировка. Часть 3

Предисловие, иллюстрации и Часть 1
Часть 2

* * * * *

wkg-aya-5-bk.jpg

Из оранжереи Ая направился в корпус, где располагались спортивные площадки. Несколько входов вели в разные секции. Проходя мимо двери в фехтовальный зал, он заметил Оми, беседовавшего с невысоким пареньком с голубыми волосами. Ая уже почти свернул за угол, к двери клуба кэндо, когда мимо, чуть на него не налетев, вихрем пронеслась растрёпанная девушка, как две капли воды похожая на нового знакомого Оми. Пожав плечами, Ая вошёл в заветную дверь.
— Рад, что вы пришли, господин Фудзимия. Это большая честь для клуба и для меня лично, — Сайондзи приветствовал его поклоном. «Аристократ», — подумал Ая с некоторой долей симпатии, а вслух заметил:
— Я когда-то тоже занимался этим видом спорта, но, кажется, уже немного подрастерял навык. Хорошо, что в Академии есть такой клуб. Я буду ходить на тренировки, если вы не возражаете.
Сайондзи был польщён, но гордость и этикет не позволили ему обнаружить своё внутреннее ликование. Теперь в его клубе будет заниматься учитель, а не только ученики, это сразу поднимет престиж клуба кэндо в Академии! Даже Тоге никогда такое не удавалось!
Ая переоделся, выбрал себе синай, и, после обязательных ритуалов приветствия (уже во время которых Сайондзи понял, что имеет дело с достойным противником), тренировка началась.
Говоря о том, что подрастерял навык владения мечом, господин Фудзимия сильно поскромничал. Сайондзи едва отбивал его удары, хотя было заметно, что учитель работает не в полную силу. Во время боя он был холоден и спокоен и, сам не делая ни одного лишнего движения, заставлял противника кружиться вокруг него, теряя силы. После нескольких схваток пот лился с Сайондзи градом, и все мышцы были так напряжены, что он уже готов был, несмотря на свою гордость, молить о пощаде. Но до этого, к счастью, не дошло: учитель сам предложил завершить занятие. Оставив синаи, они присели рядом на татами.
— Благодарю вас, Кёити. Было очень хорошо размяться после нескольких лет перерыва, но мне, пожалуй, на сегодня хватит, — сказал Ая и добавил, чуть погодя: — Для ученика у вас прекрасная форма, и, несмотря на разницу в возрасте и подготовке, вы очень достойный соперник.
Недоверчиво окинув учителя долгим пристальным взглядом, Сайондзи, наконец, решил, что у того не было желания польстить, настолько серьёзен и прост был весь облик господина Фудзимии. Что ж, тем приятнее похвала.
— Благодарю вас, — ответил он, склоняя голову в знак признательности. — Вы настоящий сэнсэй! Для меня честь — быть вашим соперником!
В этот момент в зал для тренировок вошёл Тога. Заметив рядом с Сайондзи нового учителя истории, президент Школьного Совета очень удивился.
— Неужели вы уже закончили? Я опоздал? — спросил он.
Сайондзи наградил друга торжествующей улыбкой с лёгким оттенком превосходства, и это не укрылось от Аи.
— Господин Фудзимия очень любезен. И он — превосходный мастер, нам стоит учиться у него!
Тога, казалось, был серьёзно расстроен. Бросив на Президента быстрый, но внимательный взгляд, Ая отметил, как при этих словах дрогнули его губы и заблестели глаза. Это не просто уязвлённое самолюбие, здесь что-то другое. Сайондзи тронул какую-то глубоко скрытую струну в душе друга и соперника, прекрасно зная, какой получится эффект. Эти двое не так просты, как кажется.
— Не расстраивайтесь, Тога, — сказал Ая, направив острый и внимательный взгляд прямо в лицо старшекласснику, отчего тот слегка смутился. — Я сейчас говорил, что собираюсь восстановить свою спортивную форму после длительного перерыва. Думаю, у нас ещё будет случай погонять друг друга в этом зале.
Сайондзи сдержанно усмехнулся: воспитание не позволило ему расхохотаться в голос. Синие глаза Тоги радостно заблестели.
— Благодарю вас, господин Фудзимия. — Его поклон был более изящен, чем того требовали обстоятельства. — И раз уж я опоздал на тренировку, позвольте сделать чаю для всех?
Он ушёл за перегородку готовить чай, а Ая и Сайондзи заговорили о военном воспитании мальчиков в семьях благородных родов. Через некоторое время тонкий слух Вайсс уловил обрывок разговора, невольно заставивший вслушаться внимательнее.
—…Нанами, что ты тут делаешь?
— Онии-сама! Мне всегда не везёт! Ты вечно занят, ты совсем не уделяешь мне внимания!
— Что случилось, Нанами? Говори быстрее, меня уже ждут.
— Стоит мне заинтересоваться кем-нибудь, как тут же появляется эта Утэна, или дурочка Химэмия! Скажи, онии-сама, чем я хуже их?
Вздох Тоги был так тяжёл и выражал такую мировую безнадёжность, что Ая чуть не выдал себя, так хотелось повернуться и подробнее, сквозь щели в перегородке, разглядеть эту сцену.
— Проще говоря, тебе кто-то нравится, а он… — начал было Президент, но сестра не дала ему закончить, обиженно выпалив:
— …вечно таскается с Утэной! Просто не отлипает от неё, словно она мёдом намазана!
— Это ваши проблемы, что я могу сделать?
— Поговори с ним, онии-сама! Он же твой одноклассник!
— Что?!
В руках Тоги зазвенели чашки, слышно было, как он ставит поднос обратно на столик. Нанами ехидно захихикала:
— Да нужен мне твой Сайондзи! Сам возись с этим придурком! …Это Кэн, ваш новенький. Он тако-о-ой, онии-сама!..
Рассерженный голос Президента дал понять, что это было последней каплей, разговор окончен.
— Хватит, Нанами, иди отсюда, не зли меня! Я не собираюсь решать твои личные проблемы и тем более ссориться из-за них с Утэной.
— Да ты просто завидуешь, что она победила тебя и отбила Невесту-Розу! — с обидой выпалила Нанами, но почти тут же дверь за ней захлопнулась.
Через минуту Тога появился в зале с подносом и чашками. Лицо его выражало очень сложную гамму чувств, между бровями легла складка озабоченности.
— Опять Нанами неймётся? — участливо спросил Сайондзи, тоже слышавший перепалку за перегородкой.
Тога вздохнул:
— Тебе повезло, у тебя нет младшей сестры… Простите нас, господин Фудзимия!
Ая сделал вид, что всё это его не касается, и тактично сменил тему разговора.


* * * * *

wkg_img5.jpg

— Привет! Ты здорово фехтуешь! Я наблюдал за вашим поединком: ещё чуть-чуть, и ты бы победил капитана!.. Прости, не представился: меня зовут Оми.
Оми и Мики, стоя на пороге фехтовального зала, приветливо разглядывали друг друга. Каждый из них, казалось, видел в собеседнике собственное отражение: те же огромные голубые глаза, тот же невысокий рост и уверенная гибкость движений, то же доброжелательное любопытство и добрая, открытая улыбка. Только у одного волосы были светло-русыми, а у другого — голубыми. Подобное сходство, с первого взгляда бросающееся в глаза, сразу же вызвало у каждого из парней симпатию, потому и разговор завязался легко, так, словно они были давно знакомы.
— Мики. Рад познакомиться! Тем более что я про тебя уже наслышан: Утэна рассказывала, как ты вчера на уроке информатики своими вопросами поставил в тупик самого учителя.
Оми смущённо кашлянул:
— Я занимался в школе с компьютерным уклоном, и всё, что вы здесь проходите, мне уже известно. А вот фехтование — это да! Это здорово! Я бы тоже с удовольствием записался в клуб, только у вас такой строгий капитан, что страшно к ней подходить.
— Нет, Дзюри добрая, — улыбнулся Мики, — просто немного замкнутая. Хочешь, я вас познакомлю?
Оми лукаво прищурился:
— Она тебе нравится! Я угадал?
Но на лице его нового знакомого, вопреки ожиданиям, не появилось ни капли смущения. Мики только по-доброму рассмеялся:
— Дзюри хороший товарищ! Мы общаемся не только в фехтовальном клубе, но и на заседаниях Школьного Совета.
В этот момент к ним подошла Химэмия — скромная девушка, подруга Утэны, с которой Оми теперь учился в одном классе. Внимательно присматриваясь к своим одноклассникам, в Химэмии он не нашёл ничего особенного, кроме странной преданности своей подруге, — они были слишком непохожи, и трудно было сказать, что их связывает. Но сейчас Оми с удивлением отметил, как при взгляде на эту с виду ничем не примечательную девушку щёки Мики стали пунцовыми.
— Химэмия? Ты здесь? — пробормотал он вместо приветствия.
Вынув из кармана письмо, девушка протянула его Оми.
— Я только отдать письмо… это от брата, — добавила она, мимолётно взглянув на Мики и снова опустив глаза.
— Хочешь погулять с нами?
— Нет, я лучше пойду… Сегодня один учитель похвалил моё умение ухаживать за розами, не могу его разочаровать.
Очень вежливо и ровно, не выделяя кого-то одного, попрощавшись с мальчиками, Химэмия направилась в сторону розария. Мики проводил её восхищённым взглядом, Оми — удивлённым. «От брата…» Кто её брат? Распечатав конверт и пробежав глазами короткое послание, младший член команды Вайсс вспыхнул, как мак: он узнал затейливый вензель. Акио предлагал ему завтра зайти в гости.


* * * * *

Козуэ1.JPG

Уроки закончились, но покидать территорию учебных корпусов Академии Ёдзи не спешил. Приняв свой самый беззаботный вид, заложив руки за спину и насвистывая что-то мелодичное, он прогуливался по двору. Со стороны казалось, что молодой учитель, весьма довольный первыми учебными днями, наблюдает за жизнью Академии, стремясь как можно быстрее освоиться здесь. Но Ёдзи видел, как Кэн ждал Утэну на пороге одного из корпусов, и как потом они вместе отправились куда-то; как Оми, на ходу пересмеиваясь с новыми приятелями, промчался мимо него и скрылся в спортивном корпусе за дверью фехтовального зала; как мелькнула у дверей оранжереи длинная коса Аи, и как потом туда же зашла смуглая ученица, чем-то напомнившая своими чертами директора Академии. Что ж, ещё пара дней, и можно будет вполне определённо судить о том, в каких отношениях между собой находятся ученики и учителя, а так же, чем занимается Школьный Совет. Однако пока эта информация ни на шаг не приблизила их к разгадке тайны печаток с розами. Подождём, время ещё есть.
Размышляя таким образом, Ёдзи подошёл уже почти к самому спортивному корпусу, как вдруг, как ему показалось, в него врезалась торпеда. Реакция не подвела: охнув от неожиданности, Вайсс схватил в железные объятья то, что к нему прилетело, и поднял над землёй. Это была не торпеда, а девушка, ученица, с растрёпанными синими волосами, вся раскрасневшаяся от бега. Губы её были крепко сжаты, на ресницах блестели слёзы злости.
— Эй, красавица, кто тебя обидел? — ласково спросил Ёдзи, не спеша, тем не менее, ставить девушку на землю: она была как две капли воды похожа на члена Школьного Совета Каору Мики, ещё одного обладателя перстня с печаткой, и отпускать такую удачу Вайсс не собирался.
— Пустите меня! Поставьте на место! — девушка отчаянно замолотила по его плечу сжатыми кулачками. — Маньяк! Извращенец! Я закричу!
— Да ты же сама на меня налетела, чуть не сбила с ног! Что я должен был делать? — усмехнувшись, Ёдзи опустил девушку и заботливым жестом расправил смятый воротник её формы. — Я не маньяк, я учитель рисования.
Девушка стояла, пристыжено потупив глаза: уйти, не извинившись, она не решалась, однако совершенно не знала, как загладить свою оплошность. Но учитель, видимо, совсем не обиделся. Он приветливо улыбался и казался очень добрым.
— Меня зовут Кудо Ёдзи. А тебя?
— Кодзуэ… Каору Кодзуэ. Простите, господин Кудо! Ужасно глупо получилось, я сожалею…
— Не расстраивайся. Я вижу, что у тебя проблемы, и если могу чем-то помочь…
Во дворе Академии было оживлённо и шумно, как всегда. С весёлым визгом носились друг за другом ученики младших классов, старшие ребята степенно прогуливались небольшими группами или парами, здесь же на лавочках сидели учителя, разговаривая между собой или с учениками. Оглядевшись вокруг, Кодзуэ снова посмотрела на учителя. Сейчас эмоции немного улеглись, и злость, охватившая её в тот момент, когда она увидела, с какой теплотой улыбались друг другу Мики и новый мальчик, сменилась чувством тоскливой безнадёжности. Её брат вечно занят, и мало того, что ему нравится Химэмия, теперь он ещё нашёл себе нового друга. А этот учитель рисования такой красивый и добрый, он, наверное, правда хочет помочь, но ведь ему не расскажешь о том, насколько важно для Кодзуэ внимание брата!
Девушка вздохнула:
— Вы очень хороший, господин Кудо. Но вы мне ничем не поможете…
Ёдзи озадаченно потёр лоб.
— И ты меня пойми, — сказал он мягко, — я не могу оставить тебя одну в таком состоянии. Это не по-человечески! Знаешь что? Мне здесь дали замечательный класс, а я ещё не знаю, где там что лежит. Пойдём со мной, разберём вместе рисовальные принадлежности, ты немного успокоишься и придумаешь, как решить свою проблему.
Синие глаза Кодзуэ, наконец, блеснули улыбкой.
— Хорошо, — кивнула она. — Спасибо…
И они вместе отправились в учебный корпус. Дорога до него была совсем короткой, но всё же Ёдзи заметил, каким недовольным взглядом Мики, возвращавшийся из спортивного корпуса, проводил свою сестру, и какое торжество при этом изобразилось на её лице. Однако, занятый наблюдением за близнецами, он даже не подумал повернуть голову в другую сторону, где под деревом стояла девушка с горящим взглядом цвета спелой сливы. В тот момент, когда Ёдзи и Кодзуэ проходили мимо, на лице её мелькнуло очень странное выражение.
А когда они скрылись за дверью учебного корпуса, Сиори, загадочно улыбаясь, достала из сумки блокнот и ручку и левой рукой нацарапала на листке несколько корявых строк.


* * * * *

Дзюри30.jpg

Капитан команды фехтования всегда покидала зал последней. Только проверив, на месте ли инвентарь и не забыли ли ученики чего-нибудь в раздевалке, она подошла к своему шкафчику с намерением переодеться и идти домой. Но тут её ждал сюрприз. На сложенном вчетверо листке, прикреплённом скотчем к крышке ящика, стояла надпись: «Для Дзюри». Сомнений быть не могло, это письмо предназначается ей, значит, следует прочесть его. Однако первый взгляд на анонимку, написанную корявым, явно изменённым почерком, вызвал у девушки приступ почти физического отвращения. «Тебе нравится новый учитель рисования, — значилось в записке, — поэтому ты должна знать, что он маньяк-извращенец. Сейчас, в эти самые минуты, он соблазняет ученицу в классе рисования». В ярости разорвав записку в мелкие клочки, Дзюри быстро переоделась. Кто этот наглец, что посмел следить за ней?! К тому же, господин Кудо не сделал ей ничего дурного, и вообще он производит впечатление честного человека, не способного к подобным подлостям. Или она просто ничего не знает о нём?.. В сердце Дзюри закралось сомнение. Учитель рисования очень красив — это правда. И он, конечно, способен ценить красоту окружающего мира, будь то вещь или человек. Но поверить в то, что он соблазняет молоденьких учениц, пользуясь своим положением, Дзюри всё же не могла.
Погружённая в эти мысли, она и сама не заметила, как оказалась в учебном корпусе, в коридоре, ведущем к кабинету рисования. Дзюри поймала себя на том, что анонимка произвела на неё такое сильное впечатление, и ей стало совестно: если не в её характере верить всяким сплетням, то что она тут делает? Глубоко вздохнув в попытке вернуть хладнокровие, девушка уже была готова уйти, пока её никто не заметил, но в этот момент дверь класса рисования открылась и на пороге появилась Кодзуэ.
— Я вам очень благодарна, господин Кудо! Мне и правда стало лучше!
Сестра Мики улыбалась такой светлой и счастливой улыбкой, глаза её так ярко блестели, что Дзюри невольно вздрогнула: неужели, правда?! Вслед за Кодзуэ на пороге показался учитель: он был сдержан, но улыбался не менее радостно.
— Рад, что мне удалось вернуть тебе хорошее настроение! И спасибо за компанию: вдвоём заниматься такими скучными вещами, как разбор рисовальных принадлежностей, оказалось даже приятно.
Весело рассмеявшись, Кодзуэ поклонилась учителю на прощание и исчезла в другом конце коридора. И только тут Ёдзи заметил Дзюри — её заинтересованный и одновременно полный молчаливого превосходства взгляд ясно давал понять, что она не случайно оказалась здесь.
— Арисугава? Рад вас видеть.
Но на тёплое приветствие учителя Дзюри ответила холодным полупоклоном — проявлением вежливости, не более.
— Я тоже, господин Кудо. Простите, я случайно стала свидетелем сцены, которую не должна была видеть.
Казалось, учитель был просто ошеломлён её словами.
— Сцены? — переспросил он, вперив в лицо Дзюри острый, испытывающий взгляд. — Да что, в конце концов, происходит в этой Академии? Я встретил во дворе девушку, она была чем-то сильно расстроена, и, чтобы развлечь её, пригласил к себе в класс разобраться в красках. Да, я не знаю, как вести себя в подобных ситуациях, я не психолог, и предложил первое, что пришло в голову. Но что вы подумали, Дзюри?!
— Что вы маньяк, господин Кудо, — просто ответила она, не опуская взгляда.
Ёдзи закрыл лицо руками.
— Вы удивительная девушка! — наконец сказал он наполовину шутливо, наполовину умоляюще. — Давайте будем считать всё это досадным недоразумением? Хорошо?
Дзюри недоверчиво кивнула. Конечно, настроение Кодзуэ изменчиво, как погода осенью, и всё действительно могло быть именно так, как говорит учитель… но записка? Эти колкие слова никак не хотели уходить из памяти: «Тебе нравится новый учитель рисования…» Нравится ли? Действительно ли нравится?.. У господина Кудо золотистые волосы и очень красивые зелёные глаза. Он старше и опытнее, он знает жизнь, знает, что происходит за стенами Академии. Но он ничего не знает ни об Ордене Печати Розы, ни о Дуэльной Арене, ни о том, что связывает их — дуэлянтов. Не знает он и о медальоне, который она прячет на груди, под застёгнутым на все пуговицы мундиром… Значит, можно просто улыбнуться ему и ответить «да» на приглашение проводить её вниз, до двери учебного корпуса.
Едва Дзюри скрылась за углом одного из зданий, направившись, вероятно, домой, Ёдзи со вздохом облегчения присел на лавочку во дворе Академии и долго сидел так, глядя в небо, пытаясь составить из пёстрой мозаики сегодняшних событий какое-то подобие целой картины.

Продолжение следует...
Tags: аниме, моя проза, фото
Subscribe
promo garetty march 30, 2017 21:38 9
Buy for 10 tokens
В Массандровском дворце мне довелось побывать в сентябре 2016 года. Экскурсия была очень короткой, мы промчались по дворцу и парку практически бегом. Однако сам памятник оставил настолько яркие впечатления, что хотелось бы при случае приехать туда уже на целый день. Дворец очень уютный и милый,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments