Людмила (garetty) wrote,
Людмила
garetty

Categories:

Девушка, совершившая революцию

Впервые в жизни написался фанфик по фильму Леонида Нечаева "Не покидай" (1989), спешу поделиться:) Никаких рейтингов нет, только канон! Это кроссовер с аниме "Юная революционерка Утена", но даже для тех, кто аниме не смотрел, по тексту должно быть всё понятно. Зато те, кто смотрел, найдут здесь много интересных параллелей.

Кроссовер по фандомам: "Не покидай", "Юная революционерка Утена"
Персонажи: Патрик/Альбина, Марселла, Канцлер и другие
Рейтингов нет, жёсткий канон рулит

Описание:
Марселла - не обычная девушка, она Невеста-Роза. Когда Патрик понимает это, для него становится возможным изменить свою личную судьбу и всю ситуацию в королевстве. А ещё знание этого факта даёт ему возможность самому совершить чудо...



Девушка, совершившая революцию

Он стоял на огромной арене, ровный, гладкий пол которой отражал звёзды. Впрочем, подняв глаза, Патрик понял, что это не звёзды, а огни замка, перевёрнуто, словно в зеркале, нависающего над ним. Отсюда можно было разглядеть шпили на башнях и черепицу, окна, мосты и перекрытия, однако было не ясно, насколько реален сам замок. Напротив, у зубчатой стены арены, стоял граф д’Авиль, а чуть дальше, у ворот − Марселла в великолепном красном платье, которое впору носить только Альбине. Принцессе Альбине…

− Ваша милость, возьмите! − служанка протянула ему розу странного голубого цвета. − Дуэль будет продолжаться до тех пор, пока кто-то из вас не собьёт цветок с груди противника.

Только тут Патрик заметил в петлице канцлера чёрную розу, почти неотличимую от черного камзола. Марселла поклонилась, отвечая на его немой вопрос:

− Призом в этом поединке буду я − Невеста-Роза. Моя сила велика, и если вы, ваша милость, победите, то с моей помощью сможете раскрыть тайну своего прошлого.

«А канцлер?» − хотел спросить Патрик, но в этот момент Марселла подняла руку, возвещая начало поединка. Зазвонили невидимые колокола, и Патрик ощутил в ладонях холодную рукоять неизвестно откуда взявшейся шпаги. Только думать и удивляться было некогда: граф д’Авиль уже в ярости летел на него, обнажив острую саблю, на рукояти которой сверкали драгоценные камни…

* * *

Этот странный, так похожий на реальность сон никак не хотел забываться. Какое-то время Патрик ещё лежал, закрыв глаза, снова и снова воспроизводя в памяти подробности, пока его сознание не озарила светлая мысль: библиотека! Конечно, в дворцовой библиотеке должна найтись книга, энциклопедия, древний манускрипт − что-то, что объяснило бы ему значение виденных во сне деталей − розы, арена дуэлей, перевёрнутый замок над головой… То, что его противником был канцлер д’Авиль, юношу не удивило: если бы его положение во дворце было чуть определённее, чем положение безродного приёмыша, воспитанника королевы, он давно бы поквитался с этим лицемерным шутом, странным образом стянувшим на себя всю власть в Абидонии, которому не смел перечить сам король − человек глупый и тщеславный, но никогда не бывший трусливым и малодушным.

Когда Патрик открыл дверь библиотеки, только начало светать. Он не стал раздвигать гардины − лишняя трата времени, когда в любой момент сюда может заявиться канцлер или Оттилия, − а сразу приступил к поиску нужной книги. Всё не то, не то, сочинения придворных астрологов никуда не годятся… Но что это? Стихи? Отрывок пьесы о девушке, совершившей революцию:

Когда? Где? Кто? Который?
Поток крови из клетки моей памяти,
В колыбели тысячи лет блаженства.
Я — актер, изгнанный навеки,
Как Сфинкс в зимней пустыне.
Теперь ты знаешь печаль
Мертворожденной плоти.
Священный актер, изгнанный навеки,
Как темный сияющий изгой, брошенный в ад.
Сияй! Гори! Остынь! Пой!
Рожденный в мире, рожденный в мгновении,
Рождающийся снова и снова.

Строки чем-то привлекли его внимание, в памяти мелькнула странная картина: празднество королевской охоты, балаганчик кукольника… как же его звали? − кажется, Веснушка. Жан-Жак Веснушка. Он показывал эту пьесу, а следом − ещё одну. Дети хлопали, взрослые улыбались, а король и королева… Он помнит их лица! Красивые, кажущиеся необъяснимо родными, и это совсем не те люди, которые сейчас занимают престол Абидонии, это не родители Альбины!

Патрик вздрогнул: в коридоре послышался лёгкий стук каблучков принцессы, и через минуту Альбина уже удивлённо глядела на самого раннего посетителя библиотеки…

* * *

Просьба королевы отправиться в летний замок на озёрах была равносильна приказу, Патрик не осмелился возразить. Конечно, её величество заботится о нём, не хочет, чтобы он видел, как принцесса и этот гость из Пенагонии… Но он предпочёл бы всё видеть собственными глазами! Не может быть, чтобы Альбина так просто согласилась… Не может такого быть! Сегодня утром в библиотеке она только дразнила его, намеренно пытаясь заставить ревновать. И всё же сомнения немилосердно грызли душу, пока он шёл из парка, возвращаясь к себе после урока фехтования.

На лестнице он увидел Марселлу, едва тащившую наверх тяжёлый сундук, и ощущения сна снова странным отзвуком всколыхнулись где-то на грани памяти и сознания. Служанка, пожалуй, являлась единственным существом во дворце, относившимся к нему без жалости, настороженности и высокомерия, человеком, которого он мог бы с полным правом назвать своим другом. Поэтому, не раздумывая ни секунды, Патрик подхватил ящик, и вместе они донесли его до верхней печи. В ящике оказались куклы − марионетки, их было приказано сжечь.

…Королевская охота, балаганчик кукольника Веснушки, выстрелы и суматоха. Снова, снова эти образы, кружатся перед мысленным взором, складываются вместе и рассыпаются снежно-белыми осколками памяти. Откуда это? Действительно ли всё произошло с ним? А вдруг − тоже сон, как тот, когда он сорвал с груди канцлера чёрную розу? Невеста-Роза говорила, что может помочь раскрыть тайну его прошлого… Нет, Марселла, этих кукол жечь нельзя! Даже если лысый шпион всё видел и доложит своему хозяину, я не боюсь. Идём ко мне, там и решим, что делать дальше!

Только втащив ящик в комнату Патрика и закрыв дверь, они, наконец, смогли рассмотреть его содержимое. Некоторые марионетки сильно напоминали реальных людей − короля, канцлера; некоторые казались чем-то иным, словно предвосхищая новую, ещё не сыгранную пьесу. Вот кукла-менестрель с огромными печальными глазами, на отворот его плаща пришита бумажка. Они читали строки или слышали песню?..

В долине Тигра и Евфрата,
Где древних тайн земля полна,
С неповторимым ароматом
Есть роза чудная одна.
В недобрый час тоски и гнева,
В час пробужденья тёмных сил
Спустился белый ангел с неба
И эту розу посадил.

Марселла, ты ведь не обычная девушка! Образ служанки, кажущийся таким правильным и простым, − всего лишь маска. Что за ней? Патрик вдруг подумал, что никто во дворце не понимал его так хорошо, как это странное существо. Конечно, все привыкли к его немоте, угадывая по жестам и выражению лица то, что он хочет сказать, но только Марселла словно читала мысли, отвечая на не заданные вопросы и точно продолжая не сказанные фразы. Иногда это получалось и у Альбины, изредка, да и то, возможно, потому, что они вместе с самого детства.

До сегодняшнего дня он не замечал за своей подругой ничего особенного. Но сейчас её глаза блестят так ярко, в словах и движениях столько волшебства! И, как в том сне, сейчас она держит в руках голубую розу.

− Роза! Сухая… Жалко… Нет, ну понятно: присочинили ей такую силу волшебную, а всё равно красиво!

Только ли красиво, Марселла? Ты и эта роза… Пожалуй, я теперь не удивлюсь даже тому, если она оживёт в твоих руках! В жизни должно быть хоть немного чуда. Пусть это просто мои фантазии, но я так хочу верить в то, что ты Невеста-Роза − волшебное существо, открывающее тайны, исполняющее желания. Слышишь, Марселла? Сегодня я верю в чудеса!..

* * *

…А д’Авиль дрянь и висельник! Пробегая через библиотеку, он застал там канцлера с Оттилией, пишущих приветственную речь. Нет, теперь Патрик никуда не уедет, даже если придётся ослушаться приказа королевы! Кукольники в тюрьме, привёз их сюда ни кто иной, как Пенапью − наследник пенагонского престола, его соперник за любовь Альбины. Что-то здесь не так! Может, принц и не такой плохой человек? Тогда к чему все эти странные игры? Канцлер! Это его работа: подослал лакея шпионить за Марселлой, отправил в застенок заезжих комедиантов. Интриги и ложь, ложь и интриги − что он скрывает? Как ему удалось захватить всю власть в королевстве? Не иначе обманом! Не зря одна из марионеток так похожа на него! Может так случиться, что, в конце концов, счастье его возлюбленной и жизнь его подруги тоже окажутся во власти этого подлого, малодушного человека! Нет, не принц Пенапью его реальный соперник, а граф д’Авиль. Вот с кем надо сражаться, вот кого стоило бы вызвать на дуэль!

Во сне схватка была жестокой. Патрик вложил в свой клинок всю боль, всю обиду и ярость, накопившиеся с детства, за долгие годы молчания. Он хотел убить графа, но хорошо помнил напутствие Невесты-Розы: сначала сбить с камзола цветок, а потом, как получится. Канцлер пытался хитрить, но его ложные выпады и обходные манёвры были напрасны: воспитанник королевы, этот мальчик, которого во дворце никто не принимал всерьёз, сейчас был явно сильнее. Он оказывался на шаг впереди, предупреждал выпады, шутя разгадывал хитрости, и с недетской, отчаянной отвагой бросался вперёд, заставляя графа отступать к зубчатым ограждениям дуэльной арены. В чём секрет? Неужели, это всё − голубая роза, которую Марселла прикрепила к его рубашке? Убить девушку − и цветок потеряет свою силу! Как он сразу не догадался! И канцлер, ядовито усмехаясь, перешёл к обороне, незаметно продвигаясь всё ближе к тому месту, где, наблюдая за поединком, стояла Невеста-Роза…

* * *

В это трудно поверить, но голубая роза действительно ожила! Ожила в руках Марселлы. Оказавшись в зале для приёмов и своими глазами увидев, как Альбина − его Альбина! − неприкрыто флиртует с гостем, Патрик забыл обо всём на свете. Да, этот принц не плохой человек, у него открытая улыбка, ясные глаза, он так неловок и забавен, но искренность его не может подвергаться сомнению. А вот принцесса..! С тем, что она дразнит его, смеётся и всячески старается задеть его чувства, Патрик почти смирился. Но то, как она невозмутимо пожимала плечами, услышав угрозы Оттилии оставить четырёхлетнюю дочку музыканта сиротой… Это слишком! Заступился даже гость, а Альбина промолчала, сделав вид, будто её это не касается. Как на неё не похоже! Или он просто не знал её раньше, и вот только сейчас она настоящая? Если так, то можно ли любить человека, у которого нет сердца, и эгоизм сквозит во всех поступках?! Жестокая, самолюбивая принцесса! Пусть уезжает в Пенагонию, если ей так хочется! И всё же… жить без неё он не сможет…

В этот момент, когда чувства беспорядочно метались в его сердце, а разум в растерянности пытался принять хоть какое-то решение, рядом оказалась Марселла. В руках она держала вазочку с той самой розой, которую они нашли в ящике комедиантов, только теперь цветок был живым.

− Ваша милость! Посмотрите: ожила! А я ведь не верила, я только хотела верить. И вот она − голубая…

Они вместе склонились над цветком. Его нежные лепестки были так же прозрачны, как глаза Марселлы, а тонкий аромат ничуть не походил на обычный запах роз. Он словно вытеснял из сердца боль, что скопилась там за долгие годы молчания, и если бы Патрик мог говорить, то сейчас бы его слова были подобны волшебному клинку, который он держал во сне! Да, первым делом он сказал бы Альбине, как горько в ней разочарован, а потом добрался бы и до канцлера!

Чудеса всё ещё возможны в этом мире. Ведь разве не чудо то, что ожила сухая роза? Может быть, та самая, о которой пел кукольный менестрель:

Там, где она расцветает,
Там никто не солжёт.
Там никто никогда не солжёт!

Голубая роза и взгляд Марселлы словно уводят его вглубь воспоминаний, с каждым шагом всё больше приоткрывая завесу тайны, окутавшей прошлое. А сама Невеста-Роза? Правда ли, что она любит его так, как сам он любит Альбину? Или это тоже часть тайны, скрывающейся под образом простой служанки? Марселла не может так любить его: если она − волшебное существо, значит и чувства её не столь просты, как кажутся! Почему она выбрала его в качестве своего рыцаря? Может, потому, что он − поэт?...

* * *

…Обороняясь, канцлер осторожно продвигался всё ближе к тому месту на арене дуэлей, где стояла Невеста-Роза. Патрик преследовал его, как загнанного в ловушку зверя, и уже готов был нанести последний удар, когда граф д’Авиль, внезапно развернувшись, бросился на Марселлу.

Мы знать не знаем и не помним,
Пока не встретимся с бедой,
Что весь наш мир, такой огромный,
Висит на ниточке одной.
Она надеждою зовётся,
И верить хочется, так верить хочется,
Что эта нить не оборвётся,
И жизнь не кончится.
Не кончится!

Что случилось в этот миг? На алом платье Невесты-Розы крови заметно не было, но ночное небо вдруг осветилось алыми сполохами, призрачный замок над ареной задрожал, и под его блестящими шпилями закружилась белая птица. Она спускалась ниже, пока не стало ясно, что это − дух замка, юноша в плаще, похожем на крылья, тот, кто вырастил голубую розу. Отбросив бесполезное теперь оружие, Патрик крепко прижал цветок к своей груди. Всё случилось в считанные секунды: он с разбегу налетел на канцлера, сшиб с ног, сорвал с его одежды чёрную розу, и, едва успев увернуться, бросился к Марселле. Колокольный звон возвестил о том, что дуэль окончена…

* * *

Последний, финальный акт драмы, разыгравшейся во дворце, был печален. Правду слушать нелегко, а говорить и того тяжелее. То, что хранилось в строжайшей тайне 16 лет, враз открылось, став достоянием заинтересованных людей. Желания, мечты и интересы сплелись в тугой клубок, для кого-то всё рухнуло, для кого-то впереди забрезжила долгожданная надежда.

Весь вечер, пока длилось праздничное веселье, Патрика преследовали тревожные образы из его сегодняшнего сна. Звон бубна в руках Марселлы был так похож на звон колоколов, а белый попугай продавца счастья напомнил вдруг белую птицу, кружившую над ареной дуэлей. «Принцам не обязательно чахнуть от тоски!» − повторил он про себя слова кукольника Жака. Действительно, в чём дело? Эта тревога совсем не связана с переменами во дворце, с тем, что он внезапно оказался наследником абидонского престола. Хотелось поговорить с Марселлой, но она была слишком искренне, по-человечески счастлива, так что Патрик даже начал сомневаться: неужели эта простая, весёлая девушка на самом деле является волшебным существом? Неужели именно её стараниями сегодня случилось столько ошеломляющих событий? А она смеялась, и во взгляде, обращённом к нему, был свет и нежность. Всё же странные предчувствия никуда не уходили, и к тому моменту, как все решили вернуться во дворец, Патрик успел вспомнить слова песни, слышанной во сне, которую пел кто-то невидимый всё время, пока длилась его дуэль с канцлером.

А во дворце его дурные предчувствия оправдались. Всё случилось в считанные секунды: д’Авиль выхватил пистолет, Марселла прижала розу к груди. Грохот выстрела и звон разбившейся вазы. Не помня себя, Патрик рванулся к ней, успев подхватить на руки в тот миг, когда обессиленная девушка уже готова была упасть вниз со ступеней лестницы. Казалось, именно это происходит во сне, а то − была реальность, в которой он сам прижимал к груди голубую розу. Реальность, где жизнь девушки и цветка − единое целое, и одно без другого убить невозможно.

− Патрик, спой! − попросила Марселла.

И он запел. Ту самую песню, которую слышал во сне, песню, походившую на заклинание.

В часы, когда всё бесполезно,
И смысла нет на свете жить,
Над чёрной бездной, жуткой бездной
Нас держит тоненькая нить.
Она надеждою зовётся,
И верить хочется, так верить хочется,
Что эта нить не оборвётся,
И жизнь не кончится.
Не кончится!

Плакать он не мог, не должен был − именно сейчас, когда взгляд Марселлы устремлён на него. Чтобы не смотреть ей в глаза, Патрик смотрел на розу, которую девушка всё ещё прижимала к груди, смотрел, как колышется кружево платья: она дышит, и в этом есть надежда!

Что же ты, Невеста-Роза? Ты совершила столько чудес, вернула мне голос и любовь Альбины, позволила вспомнить прошлое… только без тебя эта радость перестанет быть, померкнет, растворится. Сейчас мне бы тоже хотелось совершить чудо − только одно! − поверив в то, что твоя жизнь и жизнь этого цветка неразделимы. Слышишь, Марселла? Ты недаром выбрала меня: я − поэт, в моих словах не только истина, в них сила, способная творить чудеса! Я желаю тебе жизни, и хочу, чтобы ты была счастливой!

Мгновение − и роза стала обычным красным цветком. Его лепестки были по-прежнему нежными, живыми, но волшебство их покинуло. Марселла дышала и улыбалась. По очереди обводя счастливым взглядом лица друзей, она чуть дольше задержалась на полном восторга лице Пенапью. Уже не Невеста-Роза, а обычная девушка. И пусть чудесная связь между ними тоже разорвана, останется дружба, его стихи и её тепло. Когда-нибудь Жак и Марта восстановят старую пьесу о девушке, совершившей революцию, сыграют её в своём театре, и Марселла, глядя на это, улыбнётся загадочной улыбкой Невесты-Розы. Ведь на самом деле эта пьеса про них − про Патрика и Марселлу…

Сияй! Гори! Остынь! Пой!
Рожденный в мире, рожденный в мгновении,
Рождающийся снова и снова.

© Lady Garet
http://ficbook.net/readfic/1349739
Tags: аниме, личное, моя проза, розы, фильмы, фото
Subscribe
promo garetty march 30, 2017 21:38 9
Buy for 10 tokens
В Массандровском дворце мне довелось побывать в сентябре 2016 года. Экскурсия была очень короткой, мы промчались по дворцу и парку практически бегом. Однако сам памятник оставил настолько яркие впечатления, что хотелось бы при случае приехать туда уже на целый день. Дворец очень уютный и милый,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments