Людмила (garetty) wrote,
Людмила
garetty

Абхазия − 2009. Дорожный дневник (часть 1)

Вечер 31 августа. Тула − Московский вокзал. Сквозь огромные окна видно, как в сумерках зажигаются фонари, и огни рекламных щитов становятся ярче. Мокрый асфальт и синий вечер, ожидание поезда. Запомнилась маленькая девочка с разноцветными полиэтиленовыми пакетами на ногах: хоть и не резиновые сапоги, но всё же… А на юге тепло.



В поезде нам с Денисом достались две верхние боковые полки, поэтому больше суток, почти до самой границы, мы жили наверху: повернувшись головами друг к другу и свесившись через перегородку, разговаривали, пили чай, ставя кружки на верхние полки напротив. Самое приятное из дорожных развлечений в поездах дальнего следования − это выскочить в каком-нибудь большом городе на короткой остановке, купить пирожки (непременно жареные!) и варёную кукурузу, а потом, утащив свою добычу на верхнюю полку, под стук колёс медленно смаковать никуда не торопящиеся минуты.

В Адлере, пока перецепляли вагон, мы гуляли целых два часа. Первым делом нашли выход к морю (оказалось недалеко от вокзала) и, выбравшись на пляж, спустились к самой воде. Разуться я не догадалась, и игривая волна, захлестнув кроссовки, бесповоротно их намочила. Впрочем, здесь, в отличие от недавно покинутой Тулы, уже было жарко, в рюкзаке имелось две сменных пары обуви, и потому это происшествие меня не расстроило, а, скорее, позабавило. Купаться не хотелось, времени же ещё оставалось предостаточно, и мы направились в город. С моста над автотрассой открывался хороший вид: дорога уходила прямо в гору, окутанную лёгкой дымкой. Летние краски были по южному ленивыми; здесь ничто не напоминало о том, что сегодня первый день осени. Сфотографировав на разделительной полосе цветущие агавы и понаблюдав за непривычно загорелыми школьниками в белых рубашках, мы заспешили к поезду. Адлер − очень большой город. Суетливая атмосфера мегаполиса не скрадывается даже близостью к морю и тем, что курортный отдых в самом разгаре. И хотя всюду попадались отдыхающие, разморенные жарой и пляжем, потоки машин, магазины и вездесущая реклама сводили на нет все попытки отключить сознание от надоевших будничных картин. Мы с Денисом решили, что отдыхать сюда не поедем.

Границу миновали легко и достаточно быстро. Но жара усилилась, а в Адлере подсело много пассажиров, едущих до Абхазии, и свободных мест − сидячих, и тем более лежачих − не осталось вовсе. Стало невыносимо томно, и я, чтобы отвлечься от усиливающейся головной боли, принялась разглядывать попутчиков.

Маленькая девочка, весёлый одуванчик в веснушках, разговаривает с незнакомой бабушкой.

− Я хочу взлететь на небо, только не на самолёте, а вот так! − смеётся, поднимая вверх ручки с растопыренными пальцами.

− Так нельзя, − отвечает бабушка. − На небе только Бог.

− Солнышко? − удивлённо переспрашивает девочка, а мы с Денисом переглядываемся, многозначительно улыбаясь: дети − не взрослые, они-то знают, как выглядит этот загадочный Бог!

А за окнами с одной стороны плещется море, с другой поднимаются зелёные склоны Кавказского хребта. Порой поезд окружала темнота тоннелей, и Денис шутил: «Мы в горе!»

На коротких остановках с любопытством разглядывали станции. Величественная, немного вычурная архитектура зданий напоминала о былом процветании курортного края. Сейчас вокзалы имели очень запущенный вид: облупившаяся штукатурка, побитые стёкла. Сквозь потрескавшиеся плиты перрона пробивается зелёная трава, и повсюду ларьки советского образца − пустые, полуразвалившиеся, с проржавевшим железом кособоких остовов. Время здесь замерло и состарилось вместе с этими ларьками, словно одинокий, покинутый всеми старик в ожидании выросших внуков. Высунувшись в открытое окно, увлечённо фотографировала станцию в Гагре, стараясь захватить в кадр большой кусок перрона. А красота Сухумского вокзала превзошла самые смелые ожидания, и я дала себе слово на обратном пути обязательно побегать вокруг с фотоаппаратом. Сейчас было некогда: мы спешили засветло добраться до лагеря.

Устроившись в маршрутке, с открытыми ртами глазели по сторонам. Когда-то Сухум был сказочным городом! Повсюду утопающие в зелени развалины дворцов, и даже невысокие жилые дома смотрелись очень нарядно. Цветущий розовый кустарник, высаженный вдоль дорог и во дворах, заставлял забывать об осени. Кое-где виднелись рекламы и вывески магазинов, но от этого ещё навязчивее становилась ассоциация с молоденькой травкой, с трудом пробивающейся на свет сквозь разбитые монолиты прошлого. Город возрождался медленно. Окна полуразрушенных высоток и остовы старых ларьков неотступно напоминали о том, что совсем недавно здесь была война.

Зато местные жители приятно поразили своей красотой и ухоженностью. С нами приветливо разговаривали по-русски, и создавалось впечатление, что русский язык в Абхазии знают все. Я не могла оторвать взгляда от изящных девушек и статных женщин, от полных величавого достоинства мужчин, читающих русские журналы и слушающих русское радио. Впрочем, и сам абхазский говор с резкими гортанными звуками очень красиво звучит из уст местного населения среди горных пейзажей и своеобразной курортной архитектуры.

В посёлке Пшап вышли из маршрутки, отправившись разыскивать лагерь фестиваля. Как потом выяснилось, карта давала лишь общее представление о месте, и мы сделали лишний крюк, прежде чем выбраться к морю. Шли вдоль русла горной реки, сейчас оно было практически пересохшим, только маленькие ручейки пробивали себе путь среди крупного щебня. Но мосты стояли на высоких опорах, напоминавших о том, что во время таяния снегов с этими реками лучше не шутить. Заросли ольхи давали тень, по берегу реки высокие травы перепутались с кустами ежевики. Несмотря на усталость и тяжёлую ношу, я не могла удержаться от восторженных восклицаний. Чистый, ароматный воздух ударил в голову, словно крепкое вино, и я всю дорогу теребила Дениса: «Посмотри, какой домик! С колоннами! А воздух-то тут − не надышишься! Погляди, это же мята! Давай сорвём? А это ежевика! Какая сладкая, попробуй!..» Он устало шёл вперёд, но по всему было видно, что мой дорогой супруг тоже поддался состоянию радостной эйфории.

Наконец, мы вышли к морю. Скинув рюкзаки, решили устроить привал и поразмыслить, в какую сторону двигаться дальше. Без сомнения, цель уже близка, но факт того, что мы заблудились, стал совершенно очевиден. Впрочем, растерянность была недолгой: пока Денис ходил на разведку, я, прислушиваясь к шуму моря, уловила с противоположной стороны звуки, похожие на музыку. Догадка оказалась верной, и очень скоро на берегу стали попадаться группы людей − русских туристов, которые приветливо здоровались и, не дожидаясь вопросов, указывали дорогу в лагерь.

А вот и они, бамбуковые домики-бунгало, которые мы видели на фотографиях! Под навесом бара сидела разморенная жарой молодёжь. Процедура регистрации не заняла много времени, и довольно скоро нас проводили к месту, где можно было разбить палатку.

Излишне говорить о том, что потомков лесных вятичей сразу потянуло спрятаться под навес ольховой рощицы! Где деревья, там тень и дрова; да и не привыкли мы как-то без укрытия! Чутьё не обмануло, и кроме всего прочего в рощице обнаружились замечательные ребята − Лена и Андрей из Таганрога, с которыми мы за время фестиваля очень сдружились. Как выяснилось, у нас оказались сходные взгляды на окружающую действительность, а если добавить творческий подход и располагающую к общению обстановку, то наши славные посиделки с вечерним костром, чаем и глинтвейном оставили о себе одни из самых ярких и тёплых воспоминаний поездки.

Калейдоскоп событий и впечатлений последующих пяти дней невозможно описать связно. Это был сплошной восторг, который я, к тому же, почти не могла выразить словами: простуда, коварно подкравшаяся на второй день по приезде, на третий была жестоко изгнана местной аджикой, которую я жадно ела, как мороженое, запивая местным же вином. Вовремя принятые меры оказали своё положительное действие, и к вечеру простуда исчезла, оставив, впрочем, о себе напоминание в виде внезапно потерянного голоса. Поскольку теперь мои возможности к общению были ограничены, то пришлось уделить гораздо больше внимания пассивному созерцанию. Денис тоже созерцал и восхищался, и, пребывая в столь возвышенном настроении, мы избегали больших компаний. Даже купались немного поодаль от фестивального пляжа, многолюдность и суета которого отнюдь не способствовали достижению состояния вселенского умиротворения. Много бродили вдоль берега: собирали ракушки, ели фрукты в брошенных садах и фотографировали. До гор не добрались, зато три раза ходили в посёлок за вином.

А история такова. В первый же вечер Денис взял в баре на пробу местного вина, которое было распито вместе с нашими соседями. Вино показалось мне гораздо вкуснее того, что продают у нас в магазинах, но не оставляло ощущение, что оно креплёное. Назавтра решено было сварить в чайнике глинтвейн. Но весь следующий день меня трепала простуда, и вечером я уползла в палатку, пропустив процесс приготовления своего любимого напитка. Ребята потом рассказали, что он едва не взорвал чайник: пламя вырвалось из-под крышки, не на шутку перепугав всю компанию. Да и вкус оставлял желать лучшего. Поэтому впредь решено было закупаться вином в ближайшем магазинчике в посёлке Агудзера, куда мы с Денисом и отправились на следующее же утро. Продавщица − красивая молодая абхазка − тут же позвонила своему брату, и он почти бегом выскочил на улицу с полной полторашкой. Мы оказались первыми. На третий день русские туристы раскупили у Тимура все небогатые запасы молодого вина, которые он, судя по всему, делал только для своей семьи. Когда мы пришли к нему в третий раз, он удивлённо воскликнул: «Что вы там, только вино пьёте?!»

Из местных гастрономических достопримечательностей очень порадовали ещё аджика и чай. Аджику мы ели ложками, мазали на хлеб и печенье. Раньше я никогда не догадывалась, что являюсь таким любителем острой приправы! Чай покупали в том же магазинчике, что и вино, а вечером у костра (используя чайник по своему прямому назначению) устраивали коллективные сеансы медитации, поскольку пить такой вкусный чай можно было только, отрешившись от всего суетного. Иногда Андрей играл на дудочках, и ощущение от костра с ароматным ольховым дымком, чая и музыки создавалось просто волшебное!

Продолжение следует...

P.S. На фото: место, где река впадает в море, совсем недалеко от нашего лагеря.

См. также: Абхазия - 2009. Отдых на развалинах
Tags: мои фото, моя проза, путешествия
Subscribe
promo garetty march 30, 2017 21:38 9
Buy for 10 tokens
В Массандровском дворце мне довелось побывать в сентябре 2016 года. Экскурсия была очень короткой, мы промчались по дворцу и парку практически бегом. Однако сам памятник оставил настолько яркие впечатления, что хотелось бы при случае приехать туда уже на целый день. Дворец очень уютный и милый,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments